В магазине он набрал себе кое-что на ужин и в качестве десерта купил небольшой арбуз. Приобрел еще и пару бутылок чистящего средства. Каждые две-три минуты Крячко вздыхал о прошедшей молодости, о былом времени, которого ему теперь никто не вернул бы ни за какие заслуги. Холостяцкая жизнь напрочь лишила его всего этого. Хотя... Смотря как на это взглянуть. Да и когда ему было заниматься всем этим, когда каждый день на голову, как снег, сваливались то ограбление, то разбойное нападение. А то и убийство...
Когда он в очередной раз вздохнул, девушка, не выдержав, обернулась и обратилась к нему, как к больному пенсионеру:
– Вам нехорошо?
Крячко оторопел от такого вопроса. Он даже остановился, не зная, как реагировать на ее слова.
– В смысле? – насторожился он.
Крячко показалось, что он нарвался на какую-то грубость, а он не любил отвечать на хамские выпады представительниц слабого пола.
– Ну, вы так тяжко вздыхаете...
– И поэтому вы решили мне вызвать «Скорую»? – иронично поинтересовался он, упрямо не опуская на асфальт свои тяжелые сумки.
– Почему? Просто я подумала...
– Не надо, дочка, думать. Я в полном порядке, – горько улыбнулся Стас. – Ступай, ступай.
– У меня есть капли.
– Какие?
– От сердца.
Это уже был явный перебор. Не выдержав, Крячко все же расхохотался, переложив в левую руку обе сумки, а правой почесав в затылке.
– Милая, я не инвалид. Ты бы пригляделась ко мне хорошенько.
– Но вы так тяжело вздыхали.
– Возьми у меня одну сумку, и я посмотрю, как будешь выглядеть ты. – Крячко добродушно рассмеялся, задрав на лоб бесцветные брови.
Девушка тоже рассмеялась и удовлетворенно отвернулась, бойко зашагав вперед. Крячко снова последовал за ней. Вскоре они свернули в одну и ту же арку, ведущую во двор его дома, и, уже не обращая на свою сердобольную попутчицу внимания, Крячко погрузился в анализ последнего дела, которое они с Гуровым никак не могли пока распутать. Но едва они оказались во дворе, как на них обрушилась ритмичная монотонная музыка. Она грохотала, как канонада, заставляя дребезжать даже стекла окон.